«Кашгар является ключевым местом для сухопутного и морского стыка «Пояса и пути», соединяющего не только Западную Азию, Европу, Красное море и Африку, но и юг к Индийскому океану через порт Гвадар» – сказал профессор Ли Бо из Китайского исследовательского института Университета Фудань. Это, сказал он нам, «ключевая область стратегии «Пояса и пути»». Кашгар, один из самых западных городов Китая, является главным городским районом южного Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР). Торговцы со всей Азии собирались на его воскресном базаре, в течение 2000 лет.
Более чем в 1000 километрах к северу от Кашгара находится город Нур-Султан, ныне известный как Астана, столица Казахстана. Здесь, в 2013 году председатель КНР Си Цзиньпин говорил о необходимости «Экономического пояса Шелкового пути». Этот «Пояс» будет включать торговые сделки и транспортные сети, культурные взаимодействия и политические связи. Проект станет инициативой «Один пояс, один путь», которая теперь известна как инициатива «Пояс и дорога» (BRI). Национальная комиссия Китая по развитию и реформам, опубликовала доклад. В марте 2015 года, было запланировано строительство шести экономических коридоров, которые будут финансироваться более чем на 155 миллиардов долларов из Азиатского банка инфраструктурных инвестиций и Фонда Шёлкового пути. С тех пор, многие из этих коридоров, проходящих из Китая в Центральную Азию, а также через Пакистан и Афганистан, были достроены. В декабре 2020 года, товарный поезд отправился из Стамбула в Сиань, Китай, покрыв 8693 километра этого нового Шёлкового пути. Поезд перевозил турецкую технику, предназначавшуюся для китайского рынка.
Обвинения правительства Соединенных Штатов и их союзников в геноциде и принудительном труде в Синьцзяне привели к тому, что Самая западная провинция Китая, попала в поле зрения международных СМИ. Такой подход к Синьцзяну, определяет информационную войну, которую ведёт Вашингтон. В беседах с профессором Ли Бо и профессором Ван Ивэем, директором Института международных отношений Университета Жэньминь, а также интеллектуалами из Кашгара и Урумчи (столицы Синьцзяна), мы разработали сюжетную линию, включающую динамику социального развития Синьцзяна, угрозы экстремизма и включение его проблем в более широкую гибридную войну, развязанную против Китая.
Развивайте Запад
«Экономика Синьцзяна не так хороша, как экономика восточного побережья Китая» – сказал нам профессор Ван Ивэй. Эта реальность была понята 20 лет назад, когда китайское правительство запустило Программу развития Западного Китая в 1999 году. В 2010 году, Кашгар был объявлен особой экономической зоной, с целью привлечения инвестиций в южный Синьцзян для борьбы с высоким уровнем бедности и превращения провинции в ворота в Центральную Азию и Европу.
На 18-м Национальном съезде Коммунистической партии Китая в 2012 году, делегаты сделали развитие Синьцзяна приоритетом. “Строительство инфраструктуры, развитие источников энергии, связь экономики Синьцзяна с BRI и развитие специалистов – стали основными направлениями развития провинции” – сказал нам профессор Ли. К 2019 году, правительство Синьцзяна объявило что в период с 2014 по 2018 год, 2,3 миллиона человек были выведены из нищеты, и 1,9 миллиона из них жили в южном Синьцзяне, где сосредоточено уйгурское население. Во время пандемии, китайское правительство предприняло попытку найти способ улучшить жизнь фермеров и скотоводов в пустыне Такламакан на юге Синьцзяна. Это помогло продолжить тенденцию по выводу из этого штата большей части 6,1 процента населения провинции, испытывавшего абсолютную бедность в 2018 году (уровень бедности снизился до 1,2 процента населения Синьцзяна в 2019 году и продолжает тенденцию к снижению).
«Когда я посетил Синьцзян, меня поразил тот факт, что провинция вовлечена в большую борьбу. Эта борьба проявляется несколькими способами: в развитии социально-экономической жизни, в интеграции этнических меньшинств в широкую общественную жизнь Китая, в сложной задаче борьбы с терроризмом» – рассказывал нам профессор Ли
Джихад Вашингтона
В августе 2013 года, 74-летний имам мечети в Турфане, в 200 километрах к востоку от Урумчи, был зверски убит экстремистами. Эти экстремисты—вероятно, члены Исламского движения Восточного Туркестана (ETIM) или Исламской партии Туркестана (TIP) – убили Абдурехима Дамаоллу, потому что он был частью Исламской ассоциации, которая работала с правительством Китая по борьбе с экстремизмом. Внутри уйгурского общества разверзлась пропасть между подавляющим большинством людей, выступавших против радикализации по религиозному признаку, и теми, кто присоединился к ETIM и TIP.
Корни ETIM и TIP уходят в 1960-е и 1970-е годы, когда Всемирная мусульманская лига Саудовской Аравии начала продвигать суровую версию ислама, чтобы противостоять коммунизму. Те, кого привлекли эти взгляды, покинули саудовские школы (многие в Пакистане), чтобы присоединиться к джихаду Вашингтона в Афганистане в 1980-х годах. Там уйгурские экстремисты объединились с другими недовольными центральноазиатскими экстремистами, чтобы сформировать различные отряды, которые обещали джихад против коммунизма.
Когда СССР распался, эти группы стремились использовать насилие для продвижения своей программы против посткоммунистических государств в Центральной Азии. Первым из них было Исламское движение Узбекистана (ИДУ), которое было связано с Аль-Каидой. Уйгурские боевики присоединились к Партии исламского возрождения Таджикистана, ИДУ и глобальной платформе «Хизб-ут-Тахрир» (Партия освобождения). Экстремисты из Синьцзяна воевали за джихад в Афганистане, Сирии, Ливии и в странах Центральной Азии.
Синьцзян впервые стал свидетелем крупного насильственного нападения этих боевиков в 1990-х годах в Урумчи и в небольших городах южного Синьцзяна. Крупный бунт 5 июля 2009 года в Урумчи, привёл к гибели почти 200 человек. С тех пор, было много более мелких нападений. «Неравномерное экономическое развитие – является основой терроризма и экстремистской религиозной идеологии» – сказал профессор Ван.
Шохрат Закир, который является председателем правительства СУАРА, согласен с этим, и отмечает, что его правительство выдвинуло повестку дня, направленную на «искоренение терроризма». Нет смысла просто относиться к этому как к войне – как это сделали США в Афганистане. “Это не та война, которую можно выиграть насилием” – сказал Закир, но она должна быть выиграна образованием и экономическим развитием. Отвечая на вопрос о профессиональном образовании, Закир пояснил: «Некоторые жители там [в Синьцзяне], имеют ограниченное владение общим языком страны и ограниченное чувство и знание закона. Они часто испытывают трудности в поиске работы из-за ограниченных профессиональных навыков. Это привело к низкой материальной базе для проживания и работы местных жителей, что сделало их уязвимыми перед подстрекательством и принуждением терроризма и экстремизма. Южному Синьцзяну ещё предстоит пройти долгий путь по искоренению окружающей среды и почвы терроризма и религиозного экстремизма».
Новая холодная война
В 2011 году тогдашний госсекретарь США, Хиллари Клинтон предложила Новую инициативу Шёлкового пути. Идея состояла в том, чтобы США использовали Афганистан в качестве ядра оси Север-Юг, которая разорвала бы центральноазиатские государства от их связей с Россией и Китаем. Эта ось ориентировала бы эти страны на Южную Азию, а затем на Соединенные Штаты. Неспособность решить проблемы Афганистана привела к тому, что США отказались от этого проекта. Вместо этого, она обратила свое внимание на подрыв китайской BRI.
Информационная война, ведущаяся сейчас против Китая, сосредоточена на Синьцзяне. И снова США используют давние проблемы, такие как рост экстремизма в Центральной Азии (подпитываемый в некоторой степени США с 1980-х годов) – для создания проблем для своих противников. Официальные лица в Китае говорят нам, что правительство долгое время игнорировало экономическое развитие Синьцзяна и не было в состоянии полностью справиться с различными жалобами этнических меньшинств. Но решение этих проблем состоит не в том, чтобы передать Синьцзян недовольным филиалам вашингтонских джихадистов. Как и в случае с Сирией и Ливией, Вашингтон вновь играет в безрассудную игру с исламским экстремизмом.
Новость о том, что США пытаются зажечь спичку исламского экстремизма в китайском Синьцзяне, подготовлена Порталом PRC.TODAY, по материалам агентства Counterpunch и Виджай Прашада, индийского историка, редактора, журналиста, писателя и главного корреспондента «Глобетроттера», который является главным редактором LeftWord Books, директором Tricontinental: Institute for Social Research, а так же старшим нерезидентным научным сотрудником Чунъянского института финансовых исследований Китайского университета Жэньминь.
Если вам понравилась новость или появились вопросы, оставьте ваш комментарий или обсудите эту новость на форуме.
Китай заполняет пробелы, оставленные Брюсселем на Западных Балканах
