(ATF) – Когда Китай и Иран, два главных противника Соединенных Штатов в современной мировой ситуации, заключают 25-летний стратегический пакт, бессмысленно спорить и гадать, повлияет ли это развитие на американские стратегии.
Конечно, это так. Западноазиатский регион – это вся геополитика, начиная от нефти и джихада и кончая нефтедолларами.
На протяжении веков этот регион служил перекрестком империй между Европой и Азией. А в современной истории чужеземные захватчики объединили новые острые реалии – несостоявшиеся государства, униженные народы, искалеченные экономики, крайнее неравенство и нищету, опустошенную окружающую среду, разграбленные ресурсы, конфликтную географию и жестокий радикализм.
Китайско – иранское соглашение
Историческое китайско-иранское соглашение, подписанное 27 марта в Тегеране во время визита государственного советника Китая и министра иностранных дел Ван И, находится в стадии переговоров с момента визита председателя КНР Си Цзиньпина в Тегеран в 2016 году.
Многочисленные визиты министра иностранных дел Ирана Джаведа Зарифа в Китай в последние годы свидетельствовали о высоком значении, которое Тегеран придавал переговорам, завершившимся официальной церемонией подписания в Тегеране в субботу. Которая также ознаменовала 50-летие установления дипломатических отношений между этими двумя «цивилизационными государствами» 21 века. Которые на протяжении тысячелетий пользовались огромной исторической преемственностью и культурным единством в большом географическом регионе.
Текст согласованного документа ещё не стал достоянием общественности, но в целом из совместного заявления от 27 марта можно сделать вывод о том, что достигнутая в ходе визита Си Цзиньпина договоренность об увеличении двусторонней торговли до 600 миллиардов долларов США в ближайшее десятилетие была выполнена.
Фактически совместное заявление начинается с упоминания визита Си Цзиньпина.
Два дополнительных документа, подписанных двумя странами, относятся к «меморандуму о совместном продвижении Экономического пояса Шёлкового пути и Морского Шёлкового пути XXI века» и «меморандуму о взаимопонимании по укреплению промышленного и минерально-сырьевого потенциала и инвестициям», в соответствии с которым обе стороны «расширяют сотрудничество и взаимные инвестиции в различных областях, включая транспорт, железные дороги, порты, энергетику, промышленность, торговлю и услуги».
В совместном заявлении говорится, что, учитывая их относительные экономические преимущества, обе стороны будут укреплять сотрудничество в области энергетики. Иран будет поставлять нефть и газ в Китай, в то время как китайская сторона «рассмотрит вопрос о финансировании и инвестировании в проекты восходящей и нисходящей энергетики» в Иране.
Опять же, предусматривается широкое экономическое сотрудничество, охватывающее инвестиционные и торговые обмены, банковское дело, финансирование, добычу полезных ископаемых, транспорт, связь, космос, обрабатывающую промышленность, развитие портов, модернизацию и расширение железнодорожных сетей Ирана, внедрение систем скоростных железных дорог в Иране, сельское хозяйство, водные ресурсы, охрану окружающей среды, продовольственную безопасность, борьбу с опустыниванием, опреснение воды, использование атомной энергии и т.д.
Этому аспекту и обмену ноу-хау и технологиями посвящен двусторонний «меморандум об укреплении инвестиционного сотрудничества».
Однако сфера действия пакта далеко выходит за рамки торговли и инвестиций. Комментатор китайских государственных СМИ отметил: «в нынешнем виде эта сделка полностью перевернет господствующий геополитический ландшафт в Западно-азиатском регионе, который так долго находился под гегемонией США».
В совместном заявлении говорится, что всеобъемлющее стратегическое партнёрство означает «крупное соглашение во всех областях двусторонних отношений, а также по региональным и международным вопросам».
Он добавляет: «в настоящее время региональная, и международная ситуация переживает глубокие и сложные изменения. В этих условиях обе стороны подчёркивают важность сотрудничества между развивающимися странами в международных делах и привержены совместным усилиям по достижению мира, стабильности и развития в регионе и во всём мире».
Интересно, что в совместном заявлении подчёркивается – «Китай придает большое значение эффективной роли Ирана как региональной державы и положительно оценивает роль Ирана в деятельности в рамках Шанхайской организации сотрудничества и поддерживает заявку Ирана на полноправное членство в этой организации».
Конечно, это способ сказать миру, что Китай не приемлет изоляции Ирана от мирового сообщества. Вполне возможно, что Китай и Россия находятся здесь на одной стороне.
США внесли значительный вклад в обеспечение смысла существования такого пакта. Ни Китай, ни Иран не ждут от США никакой доброй воли. Они понимают, что враждебное мышление в Америке только укрепляется под наблюдением президента Джо Байдена.
Что касается Тегерана, то он больше не надеется, что Байден в ближайшее время возродит СВПД или отменит санкции. Таким образом, без сомнения, противодействие американскому одностороннему подходу и санкциям является лейтмотивом китайско-иранского Стратегического партнёрства.
Интерес Китая заключается в «широком обосновании» этого лейтмотива, чтобы охватить его отношения с региональными государствами в целом. Региональный тур Ванга охватил Саудовскую Аравию, Турцию, Иран, ОАЭ и Оман. Тот факт, что он отправился в Иран через Саудовскую Аравию, имеет как символическое, так и существенное значение.
Встреча с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом
На встрече в Эр-Рияде 24 марта с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом Ван заявил, что Китай поддерживает Саудовскую Аравию в защите её суверенитета, национального достоинства, безопасности и стабильности и выступает против вмешательства во внутренние дела Саудовской Аравии под любым предлогом.
Принц Мохаммед подтвердил в ответ, что подъём Китая способствует глобальному миру, стабильности и процветанию, а также более сбалансированному глобальному развитию.
Наследный принц выразил надежду, что обе страны активизируют сотрудничество в области борьбы с терроризмом и безопасности, чтобы поднять двусторонние связи на более высокий уровень. Важно отметить, что наследный принц заявил – Саудовская Аравия «твёрдо поддерживает законную позицию Китая по вопросам, связанным с Синьцзяном и Гонконгом, выступает против вмешательства во внутренние дела Китая под любым предлогом и отвергает попытки отдельных сторон посеять раздор между Китаем и исламским миром».
Проще говоря, Саудовская Аравия подорвала нынешнюю кампанию США против Китая в отношении Синьцзяна. Это оскорбление администрации Байдена. На самом деле, региональное турне Вана свидетельствует о том, что на самом деле нет желающих слушать обличительные речи США в адрес Китая.
Региональные государства чувствуют, что США движет бурлящее соперничество из-за растущего Китая, готового обогнать его в ближайшем будущем в качестве мировой сверхдержавы номер один. Они отказываются принимать чью-либо сторону в соперничестве.
Суть заключается в следующем: после тщательной оценки динамики сил в Западной Азии Китай ввёл определенные общие принципы, которые в равной степени применимы во всем регионе, чтобы обеспечить основу для своих отношений со странами региона.
Негласная цель состоит в том, чтобы побудить региональные государства перейти к самостоятельной внешней политике, стряхнув с себя западное иго, особенно американскую гегемонию. Но метод Китая в этом отношении радикально отличается от принудительной и зачастую насильственной тактики, традиционно применяемой западными державами в регионе.
Встреча с лидером Турции
Китай абсолютно не заинтересован в использовании принуждения в качестве инструмента «убеждения», даже с Турцией, в которой есть вокальная уйгурская диаспора.
На встрече с Ван, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган подчеркнул, что Турция проявляет глубокую заинтересованность в «укреплении взаимного доверия, готова содействовать взаимодополняемости китайской инициативы «Один пояс и один путь» и плана Турции «средний коридор», укрепления сотрудничества в таких областях, как взаимосвязь и взаимодействие, строительство инфраструктуры и инвестиций, в поисках более сбалансированного развития двусторонней торговли и стимулирования местной валюте расчётов. Вместо этого Китай предлагает равноправные отношения».
Эрдоган также выразил признательность Турции за инициативу Китая из пяти пунктов по достижению безопасности и стабильности на Ближнем Востоке и её готовность углублять коммуникацию и координацию с Китаем по региональным вопросам. По сути, китайская проекция конструктивной повестки дня для развития «беспроигрышного» взаимодействия с региональными государствами набирает обороты.
Новость о том, что китайско-иранский пакт меняет правила игры, подготовлена Порталом PRC.TODAY по материалам информационного агентства Asia Times.
Если вам понравилась статья или появились вопросы, оставьте ваш комментарий или обсудите эту статью на форуме.
Как гигантский корабль демонстрирует хрупкость мировой торговли
